Почему медицина нас не лечит?

В этой статье, основанной на интервью с доктором А.Ю.Шишониным, отлично показано, почему наша медицина оказывается бессильна перед многими современными «болезнями века». Оказывается, что при правильном подходе к проблеме, к каждому конкретному пациенту, при выполнении несложных, но четко продуманных процедур, можно излечивать даже самые запущенные случаи. И с «болезнями века» можно прекрасно бороться, если… не следовать современным медицинским канонам! Получается, что, помимо плохой экологии и стрессовых условий, мы подвергаемся не меньшей опасности, когда обращаемся с возникающими проблемами за медицинской помощью. Выходит, что «болезни века» во многом формируются самой практической медициной, которая полагается на стандартные протоколы лечения,  любые отступления от которых строго наказуемы.

Вот об этих непростых проблемах идет речь в интервью с доктором Шишониным, который не только их обозначил и обосновал, но и показал, как думающий практический врач может находить выход из сложных и даже тупиковых ситуаций.


Альтернативщик


Доктор Шишонин не только практик, но ещё и теоретик сверхновой медицины. Он плоть от плоти казённого здравоохранения и официальной науки, просто лечит совершенно по-другому…

Современная медицина не умеет справиться ни с гипертонией, ни с диабетом, говоря так: диабет – это образ жизни, привыкайте с ним жить! И прописывает таблетки. Современное лечение есть лечение симптоматическое, то есть ликвидация симптомов, а не избавление от причин болезни. Повышенный сахар? Вот тебе реактивы, понижающие сахар в крови… Давление высокое? Вот тебе таблетки, понижающие давление!.. Высокий холестерин? Не кушай жирного, а кушай статины, снижай давай холестерин в крови!.. Болит? Вот тебе обезболивающее!..

В результате человек продолжает медленно разрушаться, но ему уже не больно.

А почему у меня диабет? А почему у меня холестерин повышен, а у моего соседа, который пяток яиц в день съедает, холестерин в норме? А почему у меня гипертония? Отчего моя спина так мучительно болит, отравляя жизнь? На все эти вопросы медицина не отвечает… Хотя вру! Отвечает! Ответ замечательный: «Ну а что вы хотели, батенька? Возраст!..»

Извините, меня такой ответ не устраивает. Мне нужна система мер, ликвидирующих болезнь вместе с её причиной! Есть такая система мер в поликлинике? Нету… А у Шишонина – есть! Как и ответы на вопросы: откуда берутся три главные убийцы нашего времени – атеросклероз, диабет, гипертония? Которыми страдают практически все сто процентов населения.

Александр Юрьевич, я своё мнение имею, но хочу вас спросить: когда и как медицина ушла не туда, по-вашему?

– Это не вина только медицины, это более общая проблема. Вы что-нибудь слышали о картезианстве? Был такой мыслитель, математик и физик Рене Декарт, ещё до Ньютона. На латыни его фамилия звучала как Картезий, отсюда и картезианство. Картезианство описывало материю как взаимодействующие вихри, потом, кстати, из этого выросла физическая теория близкодействия. Но во времена Декарта для адекватного описания такой картины мира не было математического аппарата. Но зато вскоре появился Ньютон, который писал: если я вижу дальше Декарта, то только потому, что я стою на плечах гиганта. Ньютон тоже искал методы математического описания мира. И он их нашёл – методы дифференциального и интегрального исчисления. И с помощью этих линейных методов смог описать (не объяснить) мир и движение тел в нём. Это произвело ошеломляющее впечатление на современников и сильно повлияло на миропонимание учёных. Но что такое дифференциальное исчисление? Вообще, дифференциация – это разобщение, расчленение и обсчёт на каждом уровне детализации. Отсюда и пошла эта преобладающая в науке ньютонианская парадигма мышления.

Аналитическая по сути своей! Мы живём в мире науки, то есть в мире анализа – где для познания требуется разъятие на составные части. Разрушение, если хотите. Но целое не равно сумме своих частей, оно сложнее.

– Совершенно верно. И эта парадигма мышления привела к тому, что мы сейчас везде имеем – и в экономике, и в социологии, и в медицине, где человека разобрали на части десятки специалистов, которые лечат каждый свой кусок, не видя за деревьями леса, а за печенью человека. По счастью, уже появляется понимание, что данная парадигма устарела. И сегодня наука в лице её лучших представителей постепенно совершает некий переход к целостному восприятию.

Холистический подход, так это называется.

– Да. И этот подход особенно важен для медицины. Потому что один орган «болеть» не может: он находится в системе. Поэтому я и предлагаю процессный подход, это то же самое картезианство, но на более высоком уровне. И с помощью нелинейной математики, слава богу, теперь можно его попытаться описать и построить «вихревую модель человека», образно выражаясь.

В мире постепенно возникает конвергенция наук, стилей мышления. И главное – конвергенция восприятия нами самого вещества и поля. В новой парадигме уже нет ни философских, ни физических границ между объектом и субъектом, сознанием и миром, психикой и материей. Как писал великий физик Шрёдингер, «мир даётся мне лишь единожды, а не один существующий и один воспринимаемый. Субъект и объект едины. Нельзя говорить, что барьер между ними пал благодаря последним открытиям в физике, потому что такого барьера не существует».

Очень красивая и правильная цитата…

– Вот это и есть конвергентное мышление. Но те люди, которые живут в старой аналитической парадигме, узкие специалисты – и в медицине это очень ярко проявляется, – не видят порой очевидного. Даже когда смотрят в упор. У них просто другая программа в голове установлена. Я, если объясняю этот психологический феномен в дискуссиях, всегда привожу один и тот же пример. Когда европейские мореплаватели приплыли к берегам Америки, матросы увидели, что индейцы на берегу их просто не замечают, воспринимая огромные корабли как природные объекты, может быть, кучи плавучего мусора. Потому что в их мире не было места для столь больших лодок! И только когда матросы спустили шлюпки и поплыли к берегу, их заметили и начали обстреливать из луков. Вот так и тут – трагедия расстриг от медицины, которые вылечивают неизлечимое и очень обижаются, когда официальные врачи над ними смеются, в том и состоит, что они с обычными врачами живут в непересекающихся мирах и говорят на разных языках. Врачам прошили в медвузах определённые программы и базы данных, в рамках которых они и действуют. Им просто нужны другие понятийные системы, другой интерфейс в виде новых теорий функционирования биологического вещества. И тогда они начнут понимать, почему «шарлатаны» вылечивают, а таблетки нет.

Но как только начинаешь объяснять врачам, что уже существуют работы, включая отмеченные Нобелевскими премиями, которые могут дать фундамент для нового знания, новой медицинской теории, у них в глазах постепенно светлеет. А до того они повисают в воздухе без теории и чувствуют себя очень неуверенно, когда им рассказывают, что какой-то тренер без медицинского образования излечивает диабет второго типа.

Я впервые встречаю врача, который бы читал работы физиков: Ляпунова,нобелевского лауреата Пригожина. Это бесконечно далеко от медицины. Как вы к этому пришли?

– Ничто не предвещало! Ещё школьником в моём наукограде Троицке я брал первые места на олимпиадах по биологии и думать не думал ни о каком Пригожине… А после медицинского института честно пошёл работать в хирургию, поскольку отец у меня хирург. Но! Я девять лет занимался ушу, это заставило внимательнее присмотреться к телу. А учась в институте, подрабатывал мануалкой и массажем, поскольку закончил курсы массажа, а мануальной терапии меня обучил отец. Кроме того, я обучился иглоукалыванию и всю эту триаду использовал – иголки, массаж, мануальная терапия. Зарабатывал неплохие деньги, кстати: у людей же всё время болят спина, шея, поясница – это самое распространённое и самое доходное.

В общем, у меня были неплохие результаты и обширная клиентура. Поэтому ко времени хирургической ординатуры я, если можно так выразиться, подыспортил себе мировоззрение – мне уже перестало нравиться резать людей. И я, против воли отца, перешёл в другую клиническую ординатуру – к академику Румянцеву, в Институт детской онкологии, гематологии и иммунологии. Освоил вторую профессию – педиатрию и занимался там восстановлением детей после онкологических операций, после «химии». А параллельно продолжал применять свои старые навыки, потому что люди постоянно обращались. И обращались в основном с проблемами в шейном отделе. С поясницей много кто может справиться, а шея – дело тонкое, анатомически сложное, многие мануальщики боятся за неё даже браться. У меня же хорошо получалось, и ко мне шли лечить свои грыжи люди, которые не хотели ложиться на операции. Я им делал коррекцию…

Что значит «делал коррекцию»?

– Снимал спазмы глубоких мышц. К тому времени иголки я бросил применять, они перестали быть нужными, поскольку у меня сформировалось определённое понимание того, как убирать эти спазмы и снимать тем самым компрессию с дисков. Вместо игл – тренажёры. Иглы, конечно, убирают спазмы, но тренажёры справляются с этим намного лучше – они дают активную декомпрессию. Понимаете, в чём разница между активным лечением, когда человек сам лечит себя, и пассивным, когда он является объектом лечения?.. Ни иголки, ни столы вытяжения, на которых людей растягивают мануальщики, такого эффекта не дают. Они дают пассивную декомпрессию, поэтому после столов бывают осложнения: мышцы там не работают, а связки ослабленные и больные. Человека потрясли, растянули – и всё поплыло… А тренажёр разгружает связки под защитой мышечного корсета. К тому же иголки только убирают спазм, а мощного нагнетания кровотока, как на тренажёрах, где мышцы работают, как насосы, не происходит. А как лечить без усиления кровотока, если всё, что нужно ткани для лечения, доставляется кровью?

В общем, был у меня большой успех, но я заметил вот что… Ко мне ведь приходили пациенты в возрасте, и у всех, понятное дело, была гипертония. Так вот, после коррекции шеи у них почему-то проходила и гипертония. Убираю им грыжи межпозвоночных дисков, а они жалуются: «Александр Юрьевич, нам плохо! Давление слишком низкое!» Ну, раз так, я им всем начал отменять прописанные ранее другими врачами препараты от гипертонии. А сам задумался: почему такое – лечу грыжи, а проходит гипертония? Начал копать. Копал, копал и докопался до анатомии, до позвоночных артерий, и только тогда понял, в чём тут дело.

Стоп! Что значит «копал, копал»? Анатомия – это же азы медицины!

– Да вот в том-то всё и дело! Азы. Но нас так обучают в медицинских вузах, что ко времени выпуска у молодых врачей формируется особый стереотип восприятия действительности. Нас учат жёстко: эта болезнь лечится так, а вот эта – так. Гипертония? Пей таблетки! Способность думать, критически мыслить, что-то искать – всё это если и есть, то работает в очень узком диапазоне. А всё остальное – механистичное следование шаблонам и протоколам. И если ты лечишь какой-то орган, ты не можешь залезть на территорию соседнего органа, чтобы там что-то найти для себя. Медицина разделилась на дискретные специальности, где каждый специалист не знает, чем занят его сосед.

Типа, эндокринолог прописывает таблетки, снижающие сахар в крови, а как они влияют на печень, ему по барабану, потому что проблемы с печенью потом будет решать гепатолог?

– Примерно так. А мне в этом плане повезло. Я столкнулся с необычным и необъяснённым феноменом. Ведь гипертония – это главный бич современной цивилизации. Она уносит жизней втрое больше, чем рак. А тут вдруг сама исчезает, когда с шеей поработаешь. Ко мне уже стали приходить не с болями в шее, а целенаправленно – лечи гипертонию! И я лечил: проводил декомпрессию артерий, восстанавливал кровоток – и ликвидировал гипертонию на корню! Сейчас мы с моими коллегами лечим тысячи пациентов в год, и у всех проходит гипертония. Бывает, по тридцать лет люди страдают от гипертонии – и проходит. 90-летние старики приходят – и убираем гипертонию. У всех!.. Потому что те пять процентов гипертоников, у которых гипертония возникает от других причин – опухоли, сбой гормонального баланса, проблемы со щитовидкой и так далее, – до нас просто не добираются…

Но ведь проблемы со щитовидной железой тоже могут иметь анатомические причины. Если имеются нарушения кровотока этой железы… Кстати, откуда питается щитовидка?

– Запитывается она как раз от артерий в шее – сонных, позвоночных. И сейчас мы вплотную к этому подошли, поскольку видим у некоторых наших пациентов, у которых, наряду с болями в шее, проблемы со щитовидкой, хорошие эффекты по щитовидной железе – нормализацию её работы. Но в данном случае проблема не в питании самой железы, а в регуляции! Когда спазмами зажимаются позвоночные артерии, нарушается питание гипоталамуса, а именно он и регулирует деятельность щитовидной железы. Так что отгадка, скорее всего, тут…

В общем, в результате вышеуказанных особенностей нашего медицинского образования, которое делает врачей придатками фарминдустрии, ко мне приходят тяжелейшие, «залеченные» люди. Вот пример: сейчас у нас в зале занимается мужчина, ещё достаточно молодой по сегодняшним меркам – чуть за шестьдесят. Уже больше пятнадцати лет он страдает гипертонией. Высоченное давление много лет. Горсть таблеток каждый день – пять или шесть препаратов. И, несмотря на это, давление 170 на 100. Человек перенёс микроинсульт, перенес инфаркт. При этом вес не превышает нормы. Бывший спортсмен. В чём дело? Выяснилось: три нестабильных позвонка в шее. А спровоцировал эту нестабильность сильный стресс. Каким образом?

В нашем организме заложен биологический атавизм – во время опасности (а стресс воспринимается телом как опасность) зверь непроизвольно поджимает, сокращает шею. Потому что напавший хищник стремится перервать глотку, это простейший способ убить, перекусив артерии. Сильный стресс – это резкий спазм шейной мускулатуры. А если ещё до этого был много лет остеохондроз, начинаются проблемы – спазм вызывает нарушение кровоснабжения связок, которые держат позвонки, и они остаются практически без питания. А когда спазм через неделю потихоньку отпускает, нагрузка переходит со спазмированных мышц на деградировавшие связки, которые уже не могут, как прежде, удерживать позвонки, и возникает нестабильность позвонков. Лёг спать – шея провисла, и, если позвонок нестабильный, происходит сдавливание артерии и потому скачок давления.

Механизм тут простой: нарушается поступление крови в ствол мозга, ромбовидная ямка (это такой датчик кислорода, сидящий прямо на артерии) даёт команду: «Мало кислорода, повысить подачу!» И сердце учащает ритм, повышая производительность и давление, чтобы протолкнуть кровь через зажатость и увеличить приток кислорода к мозгу. Это происходит автоматически. Так начинается гипертония.

Начали мы этого пациента лечить – произошла нормализация давления. А ведь был тяжелейший гипертоник.

Вот ещё пример. Пришла ко мне Лидия Алексеевна Махонова – уникальный пациент, попала ко мне в 86 лет. А кто такая Махонова, вы знаете? Это врач, которая основала в нашей стране детскую онкогематологию. Это учитель моего учителя – академика Румянцева. И вот в 86 лет она села в инвалидное кресло, потому что руки не работают, ноги не работают, давление под 200, мерцательная аритмия, пятнадцать прописанных препаратов.

Пятнадцать препаратов ей прописали? Да это убийство!

– А она же величина! Светило медицинское! По всем институтам все консилиумы собрались – ничего сделать не могут. Оперировать нельзя – возраст не тот. И слава богу, потому что если бы прооперировали – всё… В общем, попала ко мне. Привезли на коляске. Заниматься в зале на тренажёрах не могла, конечно. Но нам повезло – спинной мозг не до конца отключился, из-за смещения позвонков просто маленький кровоток был. После десяти сеансов коррекции руки-ноги начали работать, и она стала заниматься на тренажёрах. Сейчас ей 90 лет, ходит сама, мерцательная аритмия прошла, давление в норме, препаратов не принимает.

Организм устроен так, что может сам решать свои проблемы, это самовосстанавливающаяся система. Наша задача – только наладить кровоток в ствол мозга, чтобы восстановить регуляцию и создать правильный режим движения.

Как-то всё слишком просто объясняется. Проблема гипертонии – в шее?

– Не только гипертонии! Слушайте дальше… Что происходит, если шея пережата? Человек вдохнул нормально, но из-за пережатости сосудов кровь, несущая кислород к мозгу, поступает в недостаточном количестве, и гипоталамус начинает подавать в тело неправильные команды. Такие люди часто жалуются: мне как будто не хватает воздуха, нечем дышать!.. Так вот, гипоталамус, ощущая недостаток кислорода, посылает сигнал в поджелудочную на снижение производства инсулина и повышение производства глюкагона.

Почему? И что такое глюкагон?

– Антагонист инсулина… Логика управляющей системы простая: если энергии в виде кислорода клеткам мозга не хватает, а мозг надо питать, давайте перейдём на другие источники энергообмена – на глюкозу. Глюкоза хранится в печени в виде гликогена. А глюкагон «распечатывает запасы» гликогена в печени, превращая его в глюкозу. Попросту говоря, организм начинает повышать уровень сахара в крови. Это и есть диабет. Вот так он и возникает.

То есть первый шаг борьбы организма за своё спасение – повысить давление, чтобы протолкнуть всё-таки кровь к мозгу. А когда этот резерв исчерпывается, на фоне повышения давления система переходит на бескислородные источники питания – глюкозу, повышая её содержание в крови.

При этом надо понимать, что путём аэробного синтеза, то есть с участием кислорода, клетка получает энергии в 19 раз больше, чем в процессе анаэробного гликолиза, то есть путём утилизации глюкозы. Последнее – это анаэробный тип энергообмена. А переход клетки к бескислородным режимам энергообмена – первый путь к онкологии, о чём мы ещё поговорим.

И всё это от пережатой шеи?

– Ещё не всё! Слушайте дальше…

Погодите, но ведь именно инсулин помогает проталкивать глюкозу в клетки. Если его мало, если гипоталамус дал команду сократить его производство, как глюкоза попадёт туда, чтобы напитать клетки в отсутствии кислорода?

– Клетки мозга и вообще нервной системы «инсулинонезависимые», в том смысле, что у них свой, автономный режим получения глюкозы… Но на этом вся история не заканчивается! Дальше происходит третий этап драмы. Избыток глюкозы в крови начинает негативно воздействовать на разные органы, в том числе на печень. А у клеток печени множество функций. В частности, печень вырабатывает желчь. И гормональный дисбаланс, когда преобладает глюкагон над инсулином, приводит к истощению клеток печени, её клетки начинают вырабатывать некачественную желчь. Желчь становится густой, вязкой. Из-за этого нарушается эвакуация желчи и образуется застой желчи в печени. В печени до 30 тысяч мелких желчным протоков. В которых эта желчь и застаивается. А застой желчи в свою очередь приводит к тому, что начинает быстро развиваться атеросклероз.

Вот тебе на! Каким же образом? Атеросклероз – это повышенный холестерин в крови.

– Все знают, что атеросклероз – это повышенный холестерин в крови. А что такое холестерин?

Вещество такое. Оно вырабатывается клетками печени. И с жирной пищей тоже поступает.

– Совершенно верно. При этом 80 процентов холестерина мы синтезируем в печени и 20 процентов получаем с пищей. И поэтому бояться есть яйца глупо: лишний съеденный холестерин всё равно организмом выбрасывается прямым ходом в унитаз. А на стенках сосудов откладывается тот холестерин, который вырабатывает печень. Холестерин впервые был открыт в XVIII веке. Его так назвали по месту, в котором впервые обнаружили, – в камнях желчного пузыря. Слово «холестерин» состоит из двух частей: «холе» как раз и означает желчь, а вот вторая часть вводит многих в заблуждение, поскольку есть два схожих по звучанию греческих слова – «стерос» и «стеатос». «Стерос» – это «твёрдый», а «стеатос» – «жир». Многие врачи путают и полагают холестерин жиром. Можно просто эксперимент провести – пройти по кардиологам и терапевтам и спросить: «Что такое холестерин?» И отвечать будут все как один: «Жир!»

Но к жиру холестерин никакого отношения не имеет. Он вырабатывается печенью, чтобы участвовать в процессе синтеза холиевых, то есть желчных кислот. И когда он застаивается в протоках печени, происходит ретроградный заброс его в кровь, отчего уровень холестерина в крови повышается. Таким образом организм пытается вывести лишний холестерин через почки наружу. По счастью, липопротеиды, которые переносят холестерин в крови, хватают этот холестерин, но до места назначения – до почек – донести не могут, теряя его на стенках сосудов. И слава богу! Иначе бы забились все капилляры почек!

Что же делает современная медицина в такой ситуации? Врачи, видя, что уровень холестерина в крови повышен, вместо того, чтобы ликвидировать причину этого повышения, начинают бороться со следствием – прописывают пациенту статины. И уровень холестерина падает до нормы. Почему? Да потому, что статины – это метаболический яд, который глушит функцию печени! То есть отравляет печень, снижая её функцию и мешая работать, в частности вырабатывать холестерин. Потом смотрят анализы в крови и радуются: «О! У вас холестерин-то стал в норме!» Но уже отложенные в сосудах бляшки-то при этом никуда не исчезают!

Ситуация тут как с давлением – один в один. Пичкают гипертоника ядами, которые подавляют функцию сердца, отравляют клетки миокарда, чтобы сердце не могло выполнять команды мозга и усиленно нагнетать кровь. В итоге давление и вправду нормализуется до 120 на 80, а ишемия развивается ещё сильнее, потому как сердце просто травят…

Но вернёмся к нашему атеросклерозу. Заканчивается вся эта статиновая история плачевно – развивается жировой гепатоз или реактивный цирроз печени, который хуже алкогольного. А главное, то, ради чего травят печень – спасение сосудов, не происходит. Никакого клинического эффекта! Через меня прошли за долгие годы десятки тысяч пациентов, и я ни разу не видел, чтобы эти статины кому-то помогли: бляшки остаются там же, где и были.

Зачем же их прописывают?

– Придумали и прописывают. Бизнес. Большая индустрия. Когда я учился в институте, норма содержания холестерина в крови, по данным ВОЗ, была процентов на двадцать выше. Потом ВОЗ специально норматив снизил. Зачем? Не потому ли, что слишком развилось производство статинов?

Значит, мифы о вреде жирной пищи пора отбросить?

– Конечно! Если у вас застой желчи, ни в коем случае нельзя отказываться от жирной пищи, хотя именно это и рекомендуют врачи при атеросклерозе. Потому что желчь вырабатывается для переваривания как раз жирной пищи! В двенадцатиперстной кишке есть специальные рецепторы, которые при поступлении жирной пищи дают сигнал желчному пузырю на выброс желчи. Если не будете есть жирное, просто ещё больше усугубите застой желчи, потому как её не на что будет выделять, а она же копится и копится в желчном пузыре!

Я рекомендую свои пациентам переходить на низкоуглеводную высокожировую диету – жирный творог, жирная сметана, жирный сыр не из пальмового масла. Потому что молочный жир для нашего организма – самый правильный и легко усваиваемый. Потом идёт мясо. Баранина в первую очередь. Сало замечательно оттягивает желчь. Потом оливковое масло.

Правильное питание не предполагает углеводов – каш, картошки, хлеба… И фруктов также не предполагает, в них слишком много сахаров. Овощи? Да, клетчатка нужна, но овощ овощу рознь, потому что в свекле и моркови тоже полно сахаров, а в баклажанах – крахмала. Сахара нам не нужны, организм путем глюконеогенеза запросто может наделать углеводов из жира, если ему понадобится. А вот помидоры, огурцы, зелень, капусту – ешьте.

Ещё раз, получается, что пережатие позвоночных артерий, снабжающих мозг кислородом, приводит последовательно к гипертонии, диабету и атеросклерозу?

Да, эта триада называется метаболическим синдромом. Но на этом процесс не заканчивается! Холестерин продолжает откладываться. Представим себе сосуды лёгких или кишечника. Это разветвлённейшая сеть, которая питает в том числе и стволовые клетки. Причём стволовых клеток там очень много, ведь кишечник и лёгкие, а равно и кожа – это ткани, контактирующие с окружающей средой, а значит, подверженные интенсивному износу и нуждающиеся в быстрой замене. Поэтому там существуют особые клеточные ансамбли, в центре которых сидят стволовые клетки, из коих и продуцируются новые специализированные клетки на замену отработавшим своё. К этим ансамблям подходят капилляры. Если такой капилляр наполовину забился атеросклеротической бляшкой, поток кислорода к стволовым клеткам сокращается, а стволовые клетки очень любят кислород. Процессы обновления в организме замедляются. И давление внешней среды начинает превалировать над процессами обновления. А это процесс ускоренного старения. Повышенный износ.

Но что случится, если капилляр совсем забился холестерином и кровоток практически остановлен? В отсутствие кислорода клетки переходят к бескислородному питанию. И, чтобы выжить, клетка переходит в автономный режим. Она начинает из окружающих тканей путём осмоса забирать глюкозу. А это и есть режим работы онкологической клетки.

То есть, просто поправив шею, мы, получается, поворачиваем биологическое время вспять?

– Да. Потому что восстанавливаем нормальную регуляцию в системе. Ну, смотрите… В 90 лет у человека пропала аритмия. А что такое аритмия? Это поражение внутренней проводящей системы сердца, клетки которой просто умирают. И начинается аритмия – мерцания, экстрасистолы… В таких случаях ставят искусственный водитель ритма. Раньше считалось, что нервные клетки не восстанавливаются. И вот вдруг мы видим, как в 90 лет после коррекции шеи и реабилитации с помощью физических нагрузок внутри человека время потекло вспять – пропала аритмия, а что это значит? Это значит, что восстановились нервные клетки проводящей системы. Произошла регенерация нервной ткани, умершие клетки заменились новыми. Этого невозможно добиться лекарственными методами. А вот такими простыми, как работа на тренажёрах и шейно-церебральная терапия, возможно! А значит, регенерация и кардинальное продление жизни, учитывая всё, что я сказал по поводу стволовых клеток, также возможны! У нас с возрастом количество стволовых клеток уменьшается. И мы ещё больше усугубляем этот процесс, загоняя их в онкологический режим своей гиподинамией и пожиранием углеводов. А онкологические клетки быстро разбираются клетками-санитарами – макрофагами, которые специально следят за этим. Но, если макрофаги не успевают, получается рак. А если успевают, то убивают столь необходимые нам для обновления и омоложения организма стволовые клетки в разных тканях.

Таким образом на макроуровне нас убивают гиподинамия, стрессы, безудержно поедаемые углеводы и разные безумные диеты.

Какие, например?

– Чисто умозрительные. Скажем, иногда при остеопорозе врачи назначают продукты, содержащие много кальция, или даже препараты кальция. Хотя организму нужен не кальций, а остеоциты – костные клетки, которые разрушаются при остеопорозе. А оттого, что вы будете есть кальций, остеоциты не появятся! Этот лишний кальций просто отложится у вас на стенках сосудов, а также в виде камней в почках. Кальций просто не дойдёт до нужных мест, потому что причина остеопороза – транспортная, то есть нарушение притока и оттока. Восстановите крово- и лимфоток, и вам с избытком хватит для ликвидации остеопороза того кальция, который вы получаете с пищей… Или взять тот же пример глупой диеты, когда при атеросклерозе, то есть застое желчи, вам прописывают обезжиренную диету, ещё больше усугубляя застой желчи. Сало надо есть! А весь жир на боках у вас из-за углеводов…

Прямо не верится, что причина всей этой цепочки, начиная от повышенного давления и заканчивая ранним старением и онкологией, – в шее и в гиподинамии…

– И не только этого, к сожалению. В роддомах во время родов у младенцев часто происходят скрытые подвывихи первого, второго, третьего шейных позвонков. То есть с самого рождения у них нарушено кровоснабжение мозга. И нет такой службы в нашей минздравовской системе, которая бы за этим следила. Ультразвуковая диагностика шейного отдела новорождённым не проводится, да и мало кто умеет её правильно проводить, оценивая проходимость сосудов. А ведь отсюда вытекают крайне неприятные последствия! Мне таких детей приносят и приводят. Они плохо спят, их в машине укачивает, кровь часто идёт носом, не могут сосредоточиться, ничего не запоминают и потому плохо учатся, за что им лепят отставание в развитии, вегето-сосудистую дистонию и ещё бог весть что. А сделаешь ему шею – другой ребёнок! Начинает нормально учиться, усидчивый, внимательный.

Если у вас родился ребенок, проверить на бытовом уровне, была ли у него родовая травма, очень просто: если сзади на затылке у младенца — там, где кончаются волосы и начинается шея, есть красные пятна (их еще называют «пятнами аиста»), значит родовая травма точно была, и нужно править шею, чтобы избежать возможных последствий!

Кстати, нас тут недавно попросили обследовать группу умственно отсталых людей лет по 20–30. Мы им провели УЗИ и охренели! Даже у стариков такие извитые сосуды не часто встретишь – быть может, в одном случае из пятидесяти. А здесь – у каждого первого! То есть причины их умственной отсталости тоже носят анатомический характер и лежат в области шеи. Вот что такое недостаточное кровоснабжение мозга. Мы, честно говоря, сами обалдели… Скорее всего, дело тут в родовых травмах. Если бы всем младенцам в стране прямо после рождения сразу правили позвонки, многих бед в дальнейшем можно было бы избежать. А так – нарушение клеточного транспорта, недостаток питательных веществ приводят к недоразвитию мозга.

Так! Доктор! Немедленно сделайте мне шею!..

Автор: Александр НИКОНОВ
Источник: http://story.ru/

 

Подпишитесь, чтобы получать информацию о новых публикациях на моём блоге.
После отправки запроса на подписку обязательно подтвердите её в
отправленном на ваш емейл письме. Без подтверждения вы не сможете
получать новости. Вы всегда сможете отписаться от рассылки.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

девятнадцать − двенадцать =

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Share via